Эстетика vs рационализм

Обчитался и облистался искусствоведческих альбомов до одури, вдруг торкнуло. Ведь множество дискуссий о разработке (точнее, о правильности языка программирования) — это дискуссии искусствоведов и прорабов. Обе партии хороши, но обе партии кардинально разные.

Искусствоведы рассматривают продукт с точки зрения на исходный код. Насколько он изящен, насколько красив, изыскан и моден. У них подспудное желание верить, что красивый исходный код и работает красиво.
1-4Z0hHr7yQXtObJ7coD93fw
Assembly language © http://www.hexblog.com/?p=17
Эти же ребята акцент внимания устанавливают на синтаксис. Разговор о языках с ними — это разговор о том, как язык выглядит.
Внешность языка — один из ключевых параметров, по которым они оценивают то, насколько хорош.
В немецком слишком много умляутов, фу-фу, давайте на нём сервис не писать. А мне неопределённые артикли норм, английский рулит, пишем базу на английском. Слушайте, вы все ошибаетесь, посмотрите на китайские иероглифы, они ня. Сам ты ошибаешься, вон в японском какая изысканная строгость, хоть сейчас числодробилку на нём рисуй.
В какой-то (думаю, в большой) мере благодаря этим ребятам мир получал и получает языки, синтаксис которых позволяет выражать текст программ ближе к тому, что в естественном виде в голове разработчика.
И это хорошо.
Плохо то, что чем выше уровень [близости к человеку] языка, тем больше цена, которая платится. Верю, однажды будет вселенная, в которой Ruby переплюнет машинный код, но не сегодня. И тут начинают бунтовать прорабы.

Прорабы смотрят строго функционально. Код может быть лапшой, нечитаемым монолитом, в который залили цистерну односимвольных переменных и хардкорной арифметики указателей. Главное — насколько крепкий получился продукт.
У прораба линейка и секундомер. На искусствоведа он смотрит примерно так же, как мебельщик из Техаса на оформителя палат Людовика XV. Чувак, нужен стул, выдерживающий быка с ковбоем, а вот эти твои маленькие китайцы с завитушками не нужны.
Приоритет, ясен пень, на другом. Прораб готов что сам поле лопатой перепахать, что толпу кандидатов наук заставить картошку перебрать ради достижения результата. Результат (с большой буквы) для прораба — то, что отвечает суровому ТЗ, а то и переплёвывает его вдвое.
Тут занятно другое. У прораба тоже есть эстетика. Ему приятно смотреть на двигатели, на тысячу патрубков и миллион проводов. Он считает, что код — это проекция компьютерной архитектуры в текст. И чем больше фотографической точности, тем лучше. Предельная функциональность исходного кода (предмета искусства) — вот один из идеалов прораба. Рококо для него — это мишура, уродливый слой косметики, скрывающий прекрасное тело. Он не особо доверяет коду, который выглядит слишком пластиково, слишком декоративно.
Красивый код прораба — то же месиво патрубков и проводов. Оно прекрасно. Из него в разные стороны хлещет индустриальная жизнь. Оно блестит киберпанком и одновременно покрыто копотью. Прорабы каждой строчкой напоминают нам о том, что в разработке не картинки хоботом рисуются, но едва ли не чумазые шахтёры в забое соль жизни добывают. Просто в офисе. И не чумазые. И не шахтёры. Но от кода должно нести потом и кровью, а не Шанелью. Короче, прорабы за реальность и реализм.
И это хорошо.
Плохо то, что пока десяток прорабов маленькими надфилями и микронанометрами сотворит наикрепчайший киберпанковый стул в мире, один искусствовед на своём пиджинскрипте налабает десять табуреток.

Добавить комментарий