– Доброе утро, юзернейм.
– Доброе.

Как Жбан и говорил – шестой дейлик всегда с Зеркалом. Ты смотришь на него, оно смотрит на тебя, можешь начинать всё сначала, если не замечаешь изъяна в отражении. Спин дружил со Жбаном в прошлую ротацию, а в эту Робин не дал. Жаль, но процесс велик, не низкому Ю возмущаться.

Что же ты такое…

Спин потянулся к связке экомануалов, выбрал нужную палочку и воткнул в курительницу. Дым заполнил сферу самбодхи. Индикатор мигнул, за секунду предупреждая человека о сопряжении искусственного и естественного черепов. За закрытыми глазами Спина творилось таинство идентификации.

Мелькали образы, выстраивались и тут же рушились графы, поднималась из плоских массивов модель жизни, сводимой в текущую точку бытия, из-за горизонта сознания зазвучал гимн A/5 Рацио, будь их правление ясно и прямо, как и должно.

Познающий Z да познает A.
Познающий Y да познает A.
Познающий X да познает A.

«И да не смутит нейроны его B, и да примет умом он C, и да отринет сердцем он D» – повторил шёпотом Спин, привычным усилием воли очищая череп от дыма. Пустота. Ничего. Из великого Незнания появляется великое Знание.

Появилось. Издевательски взмахнувший пыльными желтоватыми крылышками ментостикер. Не лучшее утро для того, чтобы проснуться.

Это Великая Моль. Великая, чтоб её, Моль!

Предсказанная Эдисоном. Упущенная Матерью Всего Хоппер. Первая жертва войны, она не сдалась, не пожелала остаться в истории засохшим трупиком насекомого, ну нет, моль превратилась в Великую Моль – сжатую сверх теоретического предела ненависть, бракованной пулей проходящую через мышцы и нервы цивилизации АйТи.

Жбан ошибся.

– Доброе утро, Спин. Я услышала тебя.