Писать что-либо про СССР непросто – у любой темы найдутся яростные сторонники какой-либо оценки, у них противники, а у этих агрессивные альтернативно оценивающие, и т.д., и т.п., после чего все вместе утопят всех в гуано. Также процесс размышлений усложняется собственным эмоциональным фоном – привык хотеть думать, что вот это и то было хотя бы хорошо, и неприятно убеждаться в обратном – рука дёргается замести под ковёр, спрятать подальше с глаз долой.

В IT, как ни жаль, поводов для ковра хватает. Безусловно, были и в СССР прорывы и лидерство (скажем, Спецпроцессор преобразования Фурье обрабатывал информацию от «Венера-15, 16», что помогло получить карту Венеры на шесть лет раньше США), но… не срослось.

И чем дальше, тем чаще мне кажется, что у СССР в компьютерной гонке не было шансов на первое место. Сама система мешала. Можно найти множество оправданий, сотни причин, объясняющих, почему у нас (у них?) не получилось что-либо довести до победы (а так бы мы огого!), но к чему эти оправдания, если место не первое и зачастую даже не второе? Ошибка также и в том, что причины нередко упоминаются мелочные. Словно разреши небольшую проблемку и всё, мы на коне.

Так нет же, не помогло бы.


До основного текста долгочтения подчеркну вот ещё что: познавайте в сравнении. Манипулировать фактами достаточно просто – осторожно подбери формулировку и без капли вранья поможешь слушателю склониться в нужную тебе сторону. Людей, привыкших водомеркой скользить по тексту, подвести к мысли и того проще – они ловят и запоминают лишь акцентированные слова.

Например, «в 1971 году впервые в СССР был разработан андроид первого поколения с позитронным мозгом». Ух ты. Здорово же. Давайте запомним эту фразу и будем потрясать ею в сетевых баталиях. Можно даже оставить в голове только «.. впервые .. разработан андроид ..». Но если вчитаться и вдуматься, да ещё и проверить:

  • в 1971 году в США уже получили третье поколение в лаборатории MIT, а в Японии первое поколение массово отправлялось на свалку;
  • «разработан» не означает «запущен в производство», между этими точками могут пройти годы;
  • более того, производство на тот момент и не было возможным, т.к. СССР не имел собственной добычи позитронов, их завозили крайне малыми партиями в обход COCOM из Бразилии;
  • разработан был макет, демонстрирующий концепцию, а не модель для производства;
  • над макетом трудился коллектив из пяти человек, коих сунули на чердак забытого непрофильного НИИ; после показа макета комиссии один ушёл в смежную отрасль, другой погряз в административных болотах, оставшихся разбросало по стране – продолжить разработку и стать ядром сильного коллектива они не смогли.

Увидели разницу? Вместо первого прочтения и мысленного продолжения «андроиды пошли в серию, миллионы позитронных работяг на полях, через пять лет дошли до третьего поколения, в мире восхищаются достижениями советской науки и техники» получаем несколько более унылое «дальше макета не пошло, работы по андроидам были свёрнуты на десять лет».

Не раз на подобное наступал, потому выработал иммунитет. И вам советую.

Также рекомендую научиться задавать вопросы и принимать ответы:

  • почему и как СССР пришёл к 1969 году?
  • почему стремительно устаревающая БЭСМ-6 производилась вплоть до 1987 года? ну т.е. в 1986 году IBM выпускает первый ноутбук IBM PC Convertible, а у нас со стапелей продолжает сходить первая ласточка советского второго поколения;
  • почему периферия производилась в Болгарии, Польше, Венгрии, ГДР? и если был выбор, почему всегда выбиралось железо из стран Блока, а не советское?
  • почему Xerox Alto был придуман не в СССР, но в США?

И т.д.

Как-то привыкаешь к тому, что в СССР были сильные конструкторы, сильные программисты, мощная промышленность, но кхм, а где же результат? Ну т.е. простите, конечно, за назойливость, но наш первый транзисторный суперкомпьютер (БЭСМ-6) был сдан в 1967 году, а первый американский (IBM 7030 Stretch) в 1961 году.


Так вот, десятилетия истории разработки ЭВМ показали, мне кажется, что для успешной IT-индустрии требуется следующее…

Обождите, а что такое «успешная»? По каким критериям отбирать первое место, второе и т.д.? В случае с ЭВМ всё просто. Берём временную точку (да даже любую произвольную), берём N стран и выстраиваем их по:

  • количеству и качеству (микроЭВМ, суперЭВМ, etc) производимых ЭВМ;
  • количеству операций в секунду (можно среднее, можно суммарное);
  • надёжности (время наработки на отказ);
  • количеству обслуживающего персонала (меньше – лучше);
  • количеству и качеству периферии (если вам не кажется важным, удалите из своего компьютера монитор, порты, накопители);
  • эксплуатационным издержкам (вот на модель X мы за год потратили сто рублей, а на аналогичную модель Y тысячу рублей).

Можно ещё посмотреть на степень насыщения рынка моделями, на доступность моделей и прочую экономику, если хочется.

Уф. Так вот.


Частная инициатива без внешнего сдерживания. Есть невдолбенных размеров (10К x 5K) картинка в сети: Silicon Valley Genealogy. На ней хорошо видно, как из компании уходят сотрудники и открывают свою компанию. Не ленитесь, откройте и вчитайтесь. Если упростить, получится следующая отлично работающая (!) модель:

  • группа товарищей отпочковывается от компании ABC;
  • создаёт компанию DEF;
  • находит финансирование, снимает помещение, покупает / арендует оборудование, нанимает сотрудников;
  • разрабатывает и продаёт свой продукт или предлагает свой сервис.

А всё. Самый пик творчества – США 1960..80-х гг., золотое время инженеров и конструкторов. У тебя есть идея? Ищи деньги и вперёд. За толстейшими примерами даже со стула вставать не надо:

  • Intel – Мур, Нойс и Гроув встали и вышли из Fairchild Semiconductor разрабатывать свои интегральные схемы.
  • Control Data Corporation – недовольные поглощением сотрудники Sperry Rand встали и вышли строить свои суперЭВМ, а с ними позже и Сеймур Крей, легенда мира суперЭВМ.
  • AMD – сотрудники Fairchild Semiconductor встали и вышли разрабатывать свои интегральные схемы (по факту выпускать лицензионные Intel, получив дублирующие контракты от Пентагона).

В истории американских [ныне] корпораций люди муравьишками перебегают из одного места в другое, ротируются, открывают компании, закрывают, сливаются, разливаются. Движ.

Теперь скажите, вы можете представить себе историю, в которой Сергей Алексеевич Лебедев не прекращает работу в ИТМиВТ, но эдак в середине 1960-х берёт кредит в Госбанке, снимает ангар на улице, скажем, Вавилова (рядом с ВЦ АН СССР), собирает коллектив из кандидатов и докторов наук по окрестным НИИ, закупает оборудование у пары заводов, регистрирует компанию «Лебёдушка», за год-другой конструирует модели ЭВМ «ЛЕБ-1000» и «ЛЕБ-2000 Красная Звезда», тут же их производит, тут же их продаёт всем (!) желающим, с годами расширяя производство на Ленинград и Пензу?

Я могу. В фантастике про какой-нибудь другой СССР. А в реальном СССР ты либо делаешь что-то внутри системы, либо система тебя выплёвывает (как Китова А.И. с его «Красной книгой» – но ему ещё повезло). Ещё раз: никакое серьёзное конструирование, никакое серьёзное производство вне системы в СССР до 1980-х возможным не было. Если у вас есть обратные примеры, вон в Обо мне есть контакты, напишите мне, пожалуйста.


Свободный рынок. Или базар. Место, в которое вы выходите, выставляете в своём киоске десяток ЭВМ, а мимо шастающие прохожие становятся покупателями и хотят ещё, ещё, ещё! В одной из множества бумажек ЦРУ взгляд зацепился за следующую фразу на 20-й странице скана: «Among the 107,000 computers installed in the United States, the U.S. Government owns or operated (as of June 30, 1972) 6731 machines, 4800 of which were general purpose computers».

Пусть вас не удивляют (ну вдруг) числа, в США одних только вариантов PDP-8 с 1965 года по 1979 год продали 50К+ штук, а IBM System/360 за первые пять лет производства (начиная с 1964 года) продали более 33К.

Обратите внимание на другое: государство владеет даже не 10% парка ЭВМ – в частных руках компьютеров на порядок больше. Надо ли говорить о том, как свободный (!) спрос поощряет расширять производство, вкладывать получаемую прибыль в развитие?

Что в СССР? Отсутствие возможности удовлетворить частный спрос. Отсутствие частного спроса (по причине отсутствия свободных финансов). Иначе говоря, даже если бы Петров умудрился скопить 18К рублей ($20K по курсу 1965 года), он всё равно не мог купить PDP-8, т.к. завод не мог ему её продать.

PS. Кстати, в этом же 1972 году была выпущена первая в мире игровая приставка [к телевизору]: Magnavox Odyssey. За три года производства продано 350К+ экземпляров. Советую изучить её историю создания, производства и продаж, и подумать, почему это было невозможно в СССР.


Доступные качественные компоненты. Тут надо заметить, что с надёжностью систем в целом проблемы были у всех стран. Что наша наработка на отказ, что американская MTBF (также есть MTBI – MTB Interrupt) плавали от экземпляра к экземпляру, порою заметно отличаясь от штатных, а усилия по содержанию машины в порядке измерялись часами ежедневно. Например, цитата про «Cray-1»:

The Cray-1 required extensive maintenance. Initially, MTBF was on the order of 50 hours. MTBF is Mean Time Between Failures, and in this case, it was the average time the Cray-1 worked without any failures. Two hours of everyday was typically set aside for preventive maintenance. Additional time was devoted to maintenance during the weekends.

Или вот опыт физиков: про «CDC 7600» – MTBI 38.7 часов, про «IBM 3081» – MTBI 202.4 часа.

Но… Конечно, разбор радиоэлектронной промышленности СССР огромная тема, а тема брака в ней традиционно волнующая (и на форумах постоянно драки), но напомню четыре истории.

Раз:

В это время мы начали получать первые отечественные пентоды 6x4. Попытка заменить немецкие пентоды (в М-1 были использованы трофейные немецкие пентоды. – Прим. авт.) на отечественные провалилась, так как разброс напряжения отсечки наших пентодов был весьма велик. Работа ЭВМ М-1, даже на тестах, прекратилась. Для Соболева это было весьма неприятно. А для нашего коллектива разработчиков – просто катастрофой. <..> Меня послали в Ленинград на завод “Светлана” с заданием привезти партию в несколько сот ламп 6x4, прошедших специальный контроль.

Два:

На вертикальной панели центрального пульта размещалось множество неоновых лампочек, отображавших наличие единиц (неонка горит) или нулей (не горит). Беда была в том, что разброс параметров по напряжению зажигания самих неонок нередко был больше, чем разница в уровнях напряжения «1» и «0». Иной раз видишь, что вот тут точно должна быть «1», а лампочка не показывает – не включилась! Тогда по ней постукивали пальцем: «Давай, зажигайся!» – не всегда, но помогало, или её заменяли.

Три:

<..> при появлении в 1974 г. польской ЭВМ ЕС-1032. Процессор этой модели вместе с ОЗУ и каналами располагался в одном шкафу, тогда как отечественные модели ЕС-1022 и ЕС-1033 – в трех. Разработка ее велась на Вроцлавских заводах вне планов СГК ЕС ЭВМ. Когда она была закончена, встал вопрос о принятии ее в ЕС ЭВМ и присвоении ей соответствующего шифра. При изучении документации на машину выяснилось, что при ее создании нарушены основополагающие документы и стандарты ЕС ЭВМ. Главным нарушением было использование полной серии микросхем SN-74 компании Texas Instrument. Советский аналог этой серии – серия 155 (“Логика-2”) имела вдвое худшие временные характеристики и в ней отсутствовали схемы повышенной интеграции.

Четыре:

В свое время я был начальником ЭВМ ЕС-1050 (№ 5013, тринадцатый экземпляр) в НИИ-4 (Болшево). Хорошо помню то время, когда мы получали машину. Ситуация была напряженная. По разным причинам ни одна из выпущенных до того времени ЕС-1050 не работала, и репутация машин ряда ЕС катастрофически падала. Было совершенно необходимо, чтобы хотя бы одна из машин заработала. Для осуществления этой задачи в начале 1974 г. объединили свои усилия НИЦЭВТ, пензенский завод-изготовитель и получатель машины ВЦ НИИ-4.
После доработок и наладки на заводе машина уже через год была установлена в машинном зале ВЦ НИИ-4, отлажена и запущена в эксплуатацию. Это был переломный момент.

Уверяю, таких историй у меня хватает. А вот аналогичных с западной стороны я не припомню, хоть объём читаемой литературы примерно такой же. Аксиома: вы не можете создать надёжную современную ЭВМ, если промышленность не может поставлять вам надёжные компоненты со стабильными параметрами.


Размазанная по системе цепь разработки и производства. Возьмём примером IBM: разработка внутри IBM, производство внутри IBM, бюджет на всё от IBM. Возьмём СССР: разработка внутри НИИ A, относящегося к министерству B, заказ от министерства C, производить будет завод D министерства E.

При этом в процессе вам слегка скушают мозг различные госкомиссии, делегации, а после того, как часть сборки «ЕС-1030» отдадут в Ереван, вы захотите мигрировать в Монголию:

По словам М. Ш. Бадрутдиновой (которая была назначена руководителем программы постановки ЕС-1030 на производство), разработчики, не имея документации, стали машину улучшать: «Мы все, инженеры, креативные. Но наша, так сказать, креативность, в том, что мы глядим: господи, сколько тут избыточности. И начали армяне улучшать американцев. А вот когда мы уже поставили здесь нашу „тридцатку“, и на ней ДОС, и он в дребадан не пошел (выражение Маргариты Шамсутдиновны! – Ю. Р.), и обнаружилось, что вся эта избыточность была под совместимость IBM-ма. Ведь там совместимость снизу вверх идет, с тем, чтобы программы, естественно, которые идут на младшей, на ура шли на старшей. А до этого недопетрили – „улучшили“ очень сильно».
По этой причине заводу пришлось доводить конструкцию на ходу («пришлось выпустить 101 бюллетень нулевых доработок на машину 1030, чтобы довести ее до требований ЕС ЭВМ», говорит Бадрутдинова).

Интересная история (заказчиком, кстати, выступал Генштаб МО СССР), в которой много любопытных моментов, но главное, пожалуй, – утеря контроля, что случалось сплошь и рядом при такой разбросанности элементов системы.

Тут важно понимать следующее: индустрия ЭВМ требует слаженной работы сотен организаций (компаний) десятков отраслей, о которых часто забывают. Сруби добывающую промышленность – химики колом станут. Сруби химиков – микроэлектроника колом станет. Микроэлектроника стала – сборка ЭВМ остановилась. Для понимания масштабов рекомендую книгу [Александр Иванович Шокин. Портрет на фоне эпохи. Техносфера, 2014] – вот там история человека, который много лет собирал радиопромышленность СССР воедино.

А в СССР с такой слаженностью были проблемы, которых не было у той же IBM.


Пожалуй, и хватит. Уже и этого достаточно, хоть можно было упомянуть и роль партии, и роль планового хозяйства, и по всем фронтам изоляцию СССР от мирового сообщества, и бытовые неурядицы разработчиков (комфортно ли конструировать что-либо, когда голова занята добычей дефицита, ибо на ребёнке обувь горит, да и про путёвку в Сочи надо как-то договориться), и прочее, прочее.

Да, ЭВМ можно создавать едва ли не в любых условиях. Даже в Африке что-то своё пробовали делать. Но выйти в лидеры без соблюдения условий для свободного творчества? Не думаю, что это возможно. Не получилось это и у СССР.

Завершу следующим: не надо принимать эти истории как критику людей, делавших ЭВМ в нашей прошлой стране. Эти люди молодцы. История их жизни и достижений может служить образцом любому конструктору (ну, с некоторыми поправками всё-таки, т.к. до 1969 года довели эти же люди). Не молодец система, в которую их вложила судьба.